Dark Petersburg
Интервью: Flёur
 

DP:Небольшой парадокс. Хотя группаFlёur считается "малоизвестной", в тоже время Ваша музыка уже нашла своего слушателя, не побоюсь этого слова, по всему миру. Многие из моих знакомых, относящих себя к разным субкультурам, слушающих совершенно разную музыку и даже одевающихся в разные одежды, сходятся в одном - это любовь к музыкеFlёur. Вы можете это объяснить?

Елена Войнаровская: Не знаю, насколько различны между собой люди, слушающие музыку Fleur, но, по всей видимости, объяснение здесь может быть только одно – мы поем об обычных человеческих чувствах, затрагивая вещи, которые близки и понятны многим, при этом, не стараясь придерживаться каких-то особенных определенных стилистических рамок. Возможно все дело в ПОДЛИННОСТИ тех чувств, о которых мы поем, в ИСКРЕННОСТИ того, что мы делаем…

Ольга Пулатова : Вы, наверно надеетесь, что я дам вам универсальный рецепт? На самом деле никто не ожидал, что так выйдет. Мы с Леной просто спасли друг-друга от определённого вакуума. Собирались у меня дома и играли, сначала вдвоём. Теперь нас много. Эта любовь, о которой вы спрашиваете, совершенно необъяснима. Может быть, кто-то ещё думает и чувствует так же, как мы, а может и не в этом дело, я не знаю .

DP: Буквально на днях в одном журнале я натолкнулся вот на какую мысль: создавая любое значимое произведение искусства, Творец всегда создает свой автопортрет, не в прямом смысле конечно, но на уровне выражения своих чувств. Согласны ли вы с таким утверждением?

Е.В.: Да, я согласна. Творчество, безусловно, отражает внутренний мир автора, фотографируя его душу в самые яркие моменты жизни. И все-таки этот портрет неполон, так серия самых лучших фотографий не передаст то, что может передать кусочек киноленты. Скажем так: это несколько идеализированный автопортрет :-). Но идеализация в данном случае, как мне кажется, может быть оправдана несопоставимостью в общечеловеческой значимости отраженного и опущенного, а также стремлением к некоему внутреннему Абсолюту…

О.П.: У всех это происходит по-разному. Может в некоторых случаях это и верно, но ведь бывает и так, что описываешь события и чувства, не имеющие к тебе прямого отношения, и даже иногда представляя себя кем-то другим. И ещё в этом есть много такого, что нельзя ни описать, ни объяснить, и для чего человек является просто инструментом.

DP: Хотелось бы еще поговорить о восприятии искусства человеком. Почти всегда мы не знаем о чем думал автор, создавая то или иное произведение (в этом смысле даже содержание романов можно трактовать совершенно по-разному, не говоря уже о поэзии и музыке). Т.е. человек никогда не сможет воспринять произведение искусства именно в том контексте, в котором его задумал автор. Даже если оно несет в себе яркие эмоции, они все равно накладываются на разный жизненный опыт, на разные физические возможности к восприятию, разное мировоззрение. Уверены ли Вы, что Ваши слушатели находят в вашем творчестве именно то, что вы хотите им дать?

Е.В.: Не знаю насколько уместно в данной ситуации говорить о том, что я хочу что-то дать . Ведь это же не учение какое-нибудь и не религия…. А нечто зыбкое и призрачное, властвующее над областью чувств. Просто я отражаю то, что должно быть отражено и вовсе не надеюсь, что все меня поймут однозначно. Но я уверена, что есть вещи, стирающие все границы и различия, преодолевающие все барьеры, примиряющие разные мировоззрения, сближающие различные возможности к восприятию, разный жизненный опыт ….вещи которые всем понятны и близки. И хоть каждый находит что-то свое и интерпретирует по-своему, важен итог: это СБЛИЖАЕТ нас, таких разных….

DP: А насколько для Вас важно, чтобы у вашей музыки существовал слушатель?

Е.В.: Любая вдохновенная музыка рождается с надеждой на то, что кто-то услышит ее и поймет , что вибрации одного сердца достигнут однажды сердца другого и пробудят в нем ответные вибрации. Для меня лично очень важно существования слушателя, при чем, вполне достаточно одного… гипотетического СЛУШАТЕЛЯ. Ведь музыка – это всегда обращение. Даже, когда нет надежды быть услышанными.

О.П.: Каждому человеку нужно, чтобы его понимали. Если кому-то нравятся наши песни, значит, есть обоюдное понимание. Я вообще одержима созданием всяких групп людей "по интересам", всегда стараюсь перезнакомить между собой моих знакомых, у которых есть что-то общее. Мне кажется. музыка это такой способ объединить похожих людей, которые способны понять друг-друга, и для меня это очень важно.

DP:Считаете ли Вы что настоящее произведение искусства (будь то музыка, поэзия…) должно "врываться" в душу слушателя (зрителя) само, или для его восприятия необходимо прилагать определенные усилия?

Е.В.: Да, мне кажется, вы абсолютно правы, настоящее произведение искусства должно само прокладывать себе путь, возводя мост от сердца к сердцу, проникая глубоко, переполняя через край, завораживая, околдовывая, парализуя, останавливая дыхание… Когда ты не можешь шелохнуться, когда мурашки по спине, комок в горле, слез не сдержать и все за миг переосмыслено… Да, это и есть то самое НАСТОЯЩЕЕ. ПОДЛИННОЕ.

О.П.: Если что-то по настоящему прекрасно, это понимаешь сразу, если это толкает к определённым размышлениям, хочется что-то понять, дофантазировать, это ещё больше усиливает впечатление. Когда что-то понятно сразу, а что-то понимаешь позже, это иногда как удар ножом в сердце. В настоящем должно быть сочетание всего, это как сгусток энергии, что-то, что задевает настолько сильно, что кажется, мир изменился.

DP: Вы сталкивались с ситуацией, когда у других людей стоял блок на восприятие Вашей музыки?

О.П.: Музыкальные предпочтения это дело вкуса. Среди моих близких друзей есть и такие, которым совершенно неинтересно то, что я создаю. Мы же очень неназойливые творцы. Если бы я была американским торговым агентом, то наверно могла бы много рассказать о блоках восприятия. Есть, конечно, люди которые реагируют на нас агрессивно из-за своих внутренних движений типа "на их месте должен был быть я" и т.д., но я считаю, что это не моя проблема.

Е.В.: Блок на восприятие отдельных песен – да, на восприятие всей музыки в целом – нет. Песни ведь очень разные. Обычно каждый находит для себя хоть что-то близкое…

DP: Вас интересует мнение других людей: знакомых, посетителей концертов, а Вашем творчестве? Если да, то о чем более всего вам хочется от них узнать?

О.П.: Самое важное это атмосфера на концертах, реакция людей, которую я чувствую, то, как меняется их настроение. Есть люди, с которыми я сама советуюсь, это соратники, близкие и люди, творчество которых мне нравится. Я прислушиваюсь к окружающим, стараюсь почувствовать их. Но, конечно, это не означает что у меня наступает эйфория, когда на меня стаями нападают желающие втолковать как и что я должна делать.

Е.В.: Да, безусловно. Больше всего хотелось бы узнать, ЧТО остается в СЕРДЦЕ после концерта или прослушивания альбома, ЧТО меняется в восприятии мира. Мне хочется думать, что в конечном итоге наша музыка все-таки несет в себе суммарный позитивный заряд и оставляет Надежду… маленький огонек в конце темного тоннеля для всех отчаявшихся. Хочется верить, что это так…

DP: Где лежат ваши музыкальные корни, быть может, даже не в плане схожести звучания, или музыкальных идей, а в схожести чувств и эмоций?

О.П.: Во снах. Мне часто снятся очень яркие сны, которые представляют собой законченные истории, очень впечатляющие, зачастую даже более яркие и интересные чем-то, что происходит со мной в так называемой реальности. Они часто сопровождаются какими-то звуками, музыкой, иногда просто снится что я пою какую-то песню. Обычно я не могу запомнить эту музыку, но приблизительно помню настроение. Хотя иногда, когда мне удавалось запомнить и подобрать это оказывалась жуткая ерунда. Я иногда конечно слушаю музыку, сделанную людьми, но скорее случайно, в гостях или по телевизору. А в детстве. когда я начала писать, мне очень нравилась музыка к советским фильмам и ABBA .

Е.В.: Если говорить об истинных корнях, то искать их вне сомнения следует в народной музыке…в музыке народов мира, ведь душа не ограничивает себя географическими рамками и ей присуще понятие интернациональности. Если говорить о чувствах и эмоциях, лично для меня наиболее значимыми являются крайние состояния, например, экспрессия и транс … и соответственно их полярные проявления, как позитивные так и негативные. И, возвращаясь к корням, можно сказать, что это трансовая, ритуальная, а также экспрессивная народная музыка, в которой издревле наслаивалась, аккумулировалась мощная энергия порывов и стремлений человеческой души, энергия природных стихий, которая как ничто другое заставляет задуматься о своих корнях …

DP: Интересно, как у Вас рождаются идеи новых песен, и как происходит формирование первоначальной идеи в законченное произведение?

О.П.: Всё что угодно может зацепить, даже одно слово, случайно услышанное или прочитанное, наблюдения за людьми на улице. Всякие странные мысли. которые сами собой приходят, но в основном конечно сны. Создание песен происходит всё время, но самые сильные песни создаются в одиночестве, в полной изоляции. Когда возникает желание что-то зафиксировать, я проверяю всё на себе, записывая и слушая так, как будто я это не я и слышу эту песню в первый раз. Часто не могу уснуть, пока не доведу это до какого-то логического конца. Музыка и слова непредсказуемая смесь. Не существует никакой чёткой схемы, всё получается методом проб и ошибок.

Е.В.: Идеи рождаются от соприкосновений с миром. Это похоже на внезапные озарения. Как будто ты находишься в темном лабиринте, бредешь натыкаясь на невидимые препятствия, не зная где выход и вдруг впереди вспыхивает огонек… И ты идешь дальше улыбаясь, уже зная, что будет потом и как, и о чем. Иногда это только строка, образ, иногда целостная яркая картинка… А что касается формирования законченного произведения, - путь из лабиринта может занять несколько часов, а может несколько месяцев, как повезет…

DP: У вас достаточно много мрачных песен, вплоть до вещей с суицидальной окраской, и в тоже время есть песни полные бесконечной любви к жизни и надежды. В чем заключена причина такого контраста в вашем творчестве?

О.П.: Любовь не бывает без страданий. любовь к жизни в частности. Чем сильнее любовь, тем сильнее переживания. Мы ведь не призываем к суициду, мы сами преодолеваем мрачные движения в себе посредством написания песен. И я надеюсь. Помогаем это делать другим. Мне гораздо легче выйти из какого-то депрессивного штопора, когда я знаю, что кому-то так же плохо как мне, или было так же. А в песнях полных любви и надежды всегда есть тень печали, ведь должно присутствовать всё и одно не может без другого, хотя мы, наверное, немного склонны к крайностям.

Е.В.: Причина этого заключена в жизненных контрастах, в двойственности всего сущего. Все в мире пронизано двумя желаниями, двумя непреодолимыми стремлениями, антагонистичными и едиными по своей природе: влечением к жизни, влечением к смерти… Eros and Tanatos are almost Twins. И мы вовлечены в эту вечную войну: Смерть вонзает в наши сердца свое холодное жало, пытаясь убить в нас Любовь, но последняя вновь и вновь простирает свои милосердные крылья, чтобы защитить нас и вернуть к свету… Эти крылья – единственная вещь, которая может подарить нам бессмертие.

DP: Вашу музыку часто определяют как "готику", и я знаю о вашем (вполне, на мой взгляд, обоснованном) неприятии такого определения. Тем не менее, каково ваше отношение к так называемой "готической субкультуре"?

Е.В.: Мы не признаем навешивания каких бы то ни было ярлыков, и вообще не приемлем никаких определений, ибо все это существенно сужает горизонты видения истинной сути вещей. Что касается «готической субкультуры», у меня лично к этому всему двойственное отношение. Фетишизация человеческих страданий, как мне кажется, есть проявление дурного тона. Больно и досадно, что некоторые носители этой «культуры» умудряются спекулировать на самом сокровенном, выставляя на показ то невысказанное, что должно скрываться за траурным занавесом безмолвия. Истинная скорбь всегда нема. Ей не нужны громкие доказательства своего существования, свидетели, соучастники, принадлежность к каким-либо группировкам и дополнительная атрибутика… В ее природе есть желание бежать от всего внешнего.

О.П.: Определений я вообще не люблю, считаю, что классификациями занимаются люди, которым больше нечего сказать. А готы мне симпатичны. Я часто хожу на готические вечеринки, там очень дружелюбная атмосфера. Человеку непосвящённому это может показаться одозрительным скоплением людей в мрачно-агрессивных прикидах, на самом деле это безобиднейшие люди. Обидеть гота всё равно, что отнять игрушку у ребёнка.

DP: В песне "Кокон" есть такие слова:

В этот кокон из стёкол и рам
Не проходит тьма или свет
Может, будет бабочка там
Может быть, может нет
Может, вырастут новые крылья
Красота, доброта
И расправить их будут силы
Может нет, может да

Добро и красота для Вас это вещи одного порядка?

Лев Николаевич Толстой, в своей книге "Что такое искусство?", говорил: "Добро есть вечная, высшая цель нашей жизни. Как бы мы ни понимали добро, жизнь наша есть не что иное, как стремление к добру, то есть к богу. Красота же, если мы не довольствуемся словами, а говорим о том, что понимаем, - красота есть не что иное, как то, что нам нравится. Понятие красоты не только не совпадает с добром, но скорее противоположно ему, так как добро большей частью совпадает с победой над пристрастиями, красота же есть основание всех наших пристрастий". Так каким будет ваш ответ?

Е.В.: Красота для меня – понятие, что лежит вне области морали. Поэтому она не может быть противопоставлена доброте, которая есть категория сугубо моральная. А вообще, мне не очень понятно: неужели для того, чтобы творить добро обязательно нужно совершать какие-то усилия над собой и бороться с пристрастиями? :-)... Когда человек говорит о красоте, он красив. Когда рассуждает о морали, он опасен.

DP: Вам нужен отдых от творчества? Вы любите что-нибудь помимо музыки - литературу, театр, живопись?

Е.В.: Отдыхать нужно от работы. А творчество – это процесс непрерывный. Продолжается даже когда мы спим… Я не люблю театр, мало разбираюсь в живописи. В основном слушаю музыку, очень много и очень разную. И еще люблю читать и перечитывать хорошие книги - полу-фантастические, полу-мистические, в особенности романы с печальным концом.

О.П.: Ну, мне приходится заниматься разными бытовыми вещами вроде стирки, уборки и хождения по магазинам. Очень много времени я трачу на шитьё, очень люблю это делать для себя, некоторых участников группы и не только. Ещё приятно иногда пойти погулять к морю и выпить пива с друзьями. Поскольку Flёur не единственный мой проект, музыка не оставляет времени и сил для занятий, равноценных по вложению энергии. До недавнего времени я работала бухгалтером, потому что надо было как-то жить, и это было очень тяжело. Состояние моё было просто запредельным, с нервными срывами, раздвоением личности и т.д. Книги и фильмы иногда просто гипнотизируют меня. Я погружаюсь в них, как во сны.

DP: Что вы считаете самым важным в Своей жизни? Что вы хотите сделать, чего достичь на этой земле?

О.П.: Хочу принести человечеству максимум пользы и причинить минимум вреда. И при этом наслаждаться жизнью каждый миг каждой молекулой. Мне кажется что написание и исполнение песен это моё предназначение, я стараюсь делать это так хорошо, как только могу. И просто живу.

Е.В.: Самое важное для меня – это счастье близких мне людей. Их радость и покой. Больше всего я хочу достигнуть внутренней гармонии, просветленности такого порядка, чтобы действительно быть в состоянии ДАТЬ что-нибудь другим людям. На тонком уровне.

DP: Какое влияние оказывает на Вас город, страна, в которой Вы живете, или в современном мире это уже не имеет такого большого значения?

О.П.: Наверно, большого значения не имеет. Имеют значение люди, которые живут в этой стране в этом городе. Если бы я не встретила такого количества единомышленников, людей сочувствующих, готовых помочь, кто знает, было бы ли всё это тогда. Что касается страны, я написала одну песню на украинском языке!

Е.В.: Лично на меня географические и климатические факторы оказывают большее влияние нежели, к примеру, политические или социальные. Все вокруг имеет значение, даже пение птиц или запахи цветущих деревьев… Ведь они везде такие разные. Очень люблю Одессу. Она потрясающе красивая, солнечная и радостная…

DP: Бывали ли вы в Петербурге? Какие чувства и ассоциации вызывает у вас образ этого города?

О.П.: Это мой первый приезд в Питер. Я всегда очень хотела оказаться в этом городе, мне кажется он очень созвучен мне и моим настроениям. Думаю, здесь живёт очень много людей, похожих на нас.

Е.В.: В Петербурге была однажды летом. Грандиозный город. Величественный и торжественно-мрачный. В особенности небо. Кажется, что оно приблизилось и иногда даже становится страшно, что упадет, и ты не вынесешь этой вселенской тяжести… Больше нигде я не видела неба такого цвета. С огромным удовольствием посещу Ваш город еще раз. Мне кажется в нем много вдохновения и высоких мыслей.

DP: Спасибо за эту беседу. С волнением в сердце ждем вашего выступления в Петербурге.

О.П.,Е.В.: Большое спасибо за то, что Вы проявили интерес к нашей музыке и внимание к нам лично. До встречи на концерте…

Ganconer [08.06.2005]
Events
OTTO DIXSEELENZORN "töte deinen Zorn"ANDREW & DIMA "Big City"ШМЕЛИ "Кошкины Обиды"эксклюзивные аксессуары
DIZZASTER [dizzied music label] Gothic.Ru Otto Dix Goths.Ru Лаборатория [fotosynthes] ThyDoom
DarkPro 2003-2005